20.07.2017 21:49

Иван Тетерин: «Когда молодежь поймёт, что Родина у нас одна, другой нет и не будет - она сразу станет взрослее и сознательнее, в том числе в вопросах пожарной безопасности»

16:25 27 июня 2017

Вопросы безопасности всегда остаются актуальными, вне зависимости от того, где и в какое время мы живём. И в этих вопросах необходимо доверять профессионалам. Сегодня у нас в гостях человек, который посвятил свою жизнь опасной и сложной профессии, связанной с обеспечением безопасности наших граждан. О самых актуальных вопросах безопасности, патриотическом воспитании и культуре поведения мы поговорим с депутатом Государственной Думы РФ, генералом МЧС РФ Иваном Тетериным.

 – Расскажите, пожалуйста, с чего начался Ваш военный путь и что определило будущую профессию? В какой момент Вы решили связать свою жизнь с военной службой и спасением людей?

Для начала, я всегда считал и считаю, что в нашем государстве – будь то Российская империя до революции, Советский Союз, или современная Россия – служба Отечеству была, есть и должна оставаться очень привлекательной длямолодых людей. В царской России не зря считалось, что служить Отечеству – это не только долг и обязанность, но и привилегия. Это подчёркивало определённые достоинства. Если юноша служит в армии, значит, он настоящий гражданин, человек и мужчина. Вспомним, что для всей российской аристократии воинская служба была обязательной, равно как и все российские правители «отметились» в армии. Вспомним и советское время, когда служить в армии считалось одним из самых достойных занятий для мужчины. Если парень не отслужил – народ сразу считал, что с ним что-то не так. Что уж говорить о том, что «косить» от армии было в то время вообще не принято.

Что касается меня лично, я с юности сознательно выбрал военную карьеру, изначально хотел выучиться и получить образование в этой сфере. Собралось нас три друга, и мы поехали после восьмого класса поступать в мореходное училище. Я сдал вступительные экзамены на четверки, а вот товарищи «завалились» и получили двойки. Но из солидарности я решил не оставаться в училище один, и мы собрались возвращаться на родину. Сели в поезд, и вот, когда проезжали Ульяновск, подсели к нам выпускники Ульяновского высшего военного училища связи. Все молодцы, как на подбор, крепкие, жизнерадостные, учёбой довольные… разговорились, я посмотрел на них, и принял окончательное решение, что закончу десятый класс, а потомбуду поступатьименно в это учебное заведение. А конкурс был в то время немаленький: на одно место восемь человек. Вступительные испытания проходили необычно. Поселили нас в палаточный городок, умывальники полевые, прочие условия спартанские. Конечно, не все юноши, привыкшие, так сказать, к маминым пирожкам, к этому были готовы. Я же прошёл медкомиссию, затем сдал экзамены успешно, и был зачислен. Отучился четыре года, хорошо и с удовольствием. И предметы все давались без особых проблем (в школе был отличником), и с физической подготовкой всё оказалось в порядке. С большой гордостью получил диплом инженера связи и своё первое воинское звание – лейтенант.

После окончания училища направили в Кантемировскую дивизию, недалеко от столицы, в Подмосковье. Пришёл в батальон, увидел своего командира батальона, и загорелся: хочу дослужиться до этой должности, должности комбата. Так и пошло: взвод, рота, потом военная академия, и т.д. Кстати, похвастаюсь: рота у меня была лучшая в полку (а всего их там было 17). Другая рота в этом же полку оказалась, очень почётная, куда три Героя Советского Союза были навечно зачислены – так мы и её перегнали.

После академии был назначен начальником связи дивизии – через полгода заняли первое место во всей Группе Советских войск в Германии. Дальше был такой момент: в советское время каждые пять лет офицеры переаттестовывались. И после аттестации получил я такую приятную формулировку: «Занимаемой должности соответствует, достоин выдвижения на вышестоящую должность». Так что в 33 года, будучи на тот момент майором, был аттестован на полковничью должность.

Может, кто-то подумает, что это лёгкий, быстрый взлёт. Разочарую, это не так. Всё, о чём я рассказывал сейчас – большой труд. Когда принимал должность, мы в Группе Советских войск в Германии даже в первой тройке не были. Пришлось трудиться очень много и основательно, чтобы добиться подобного результата.

Ну, а дальше вместо вышестоящей должности поехал в Афганистан на два года. Очень непростой этап, но нисколько не жалею об этом. Служил там верой и правдой, и считаю эти годы одними из самых сложных и трудных, но также самых ярких и полезных в своей жизни. В той обстановке каждый человек по максимуму раскрывался, видны были все его качества. Там ведь была настоящая война, а значит – другая жизнь и другие взаимоотношения между людьми, намного более честные и простые. Или ты вписываешься в общую систему координат, которая основана на высокой степени ответственности и порядочности – или ты просто не сможешь служить. Сейчас у меня самые близкие друзья – именно афганцы, с которыми вместе были там. До сих пор встречаемся.

 – Хотелось бы спросить о военно-патриотическом воспитании в России. Заметили ли Вы какие-либо позитивные сдвиги в последние годы и с чем они, по Вашему мнению, связаны?

 – Вообще говоря, любое воспитание, будь то нравственное, культурное, или патриотическое – начинается в семье. Какие устои имеются в семье, что закладывают «в голову» мальчику, какие правила – самое важное начинается с родственников. Потом мальчик идёт в школу, это уже следующая ступень воспитания, потом специальные или высшие учебные заведения… И только потом армия. В школе ребята изучают основы безопасности жизнедеятельности, а в этом предмете заложен и некий элемент патриотического воспитания, и азы военной подготовки. Кстати, те, кто сетуют, что из учебных программ убрали предмет «начальная военная подготовка», забывают, что основы его присутствуют в программе предмета «ОБЖ», который у детей начинается с пятого класса. В этом плане я считаю, что государство не стоит на месте, работает с детьми, и с течением времени всё это будет совершенствоваться, адаптироваться к нынешним реалиям.

Но тут я хочу вернуться к семье. Иному ребёнку объясняй-не объясняй, но если в семье ему заложили определённые правила, определённое отношение к тем или иным вопросам – вероятнее всего, школа его ненамного изменит.

В то же время, на мой личный взгляд, у нас в целом нормальное здоровое общество, и ребят, которые хорошо воспринимают идеи патриотического воспитания, в разы больше, чем тех, кто встречает их как-то негативно. Наблюдая за современными школьниками, хотелось бы их похвалить не только за базовые знания, но и физическую, моральную, психологическую подготовку. Я и сам радуюсь их успехам, и часто получаю радостные отзывы от родителей. А это значит, что у нас прекрасная молодёжь, у которой с воспитанием всё в порядке.

 – В России большое количество ветеранов – участников военных конфликтов второй половины XX века. Тех, кто служил своей стране в Афганистане, в Чечне, и других горячих точках. Как складывается жизнь у них и что, на Ваш взгляд, должно сделать общество или государство, чтобы они могли себя чувствовать более уверенно?

 – Ну, во-первых, государство уже создало определённые дополнительные условия для этой категории людей. Эта категория называется «ветераны боевых действий», для неё действует в Российской Федерации специальные нормы закона. Закон определяет для наших ветеранов – афганцев, чеченцев и др. – ряд льгот и мер социальной поддержки. Это и коммунальные услуги, и медпомощь, и лекарства, и протезирование, и социально-психологическая реабилитация, которую люди, пережившие войну, могут пройти в специальных медицинских учреждениях.

Во-вторых, ветераны военных конфликтов второй половины XX века должны пользоваться и пользуются уважением со стороны общества и государства. Это люди, которые защищали интересы своей страны и на дальних рубежах, и внутри России. Это люди, которые воплощали принцип «кто к нам с мечом придёт, тот от меча и погибнет». Это люди, которые были опорой советской, а потом российской внешней политики. Если бы не они, территориальная целостность нашей страны, мир и порядок в ней могли бы оказаться под угрозой. Поэтому они достойны всяческого уважения и соответствующего отношения.

 – С другим основным родом вашей деятельности связана тема пожаров и чрезвычайных ситуаций. Ежегодно мы сталкиваемся со страшными цифрами: огромное количество жизней обрывается в результате пожаров и чрезвычайных ситуаций, наносится ущерб здоровью и имуществу. Что нужно сделать, чтобы эта статистика стала не столь пугающей?

 – Человек своим, скажем так, не очень корректным поведением на земле наносит значительный ущерб и природе, и самому себе. Не секрет, что большинство пожаров происходят именно из-за «человеческого фактора». Более 70% возгораний мы получаем по нашей же вине. Кроме того, более резкие климатические изменения, которые косвенно тоже спровоцированы человеком, влияют на увеличение количества пожаров и других чрезвычайных ситуаций.

Как мы можем предотвращать такие чрезвычайные ситуации? Прежде всего, у нас есть такой инструментарий, как прогнозирование. Сейчас специалисты способны выдавать очень точные краткосрочные прогнозы, в частности, на 3-5 дней. Среднесрочные имеют вероятность исполнения немного пониже, но тоже достаточно достоверны.

Государство выстроило эффективную систему мониторинга возникновения угроз чрезвычайных ситуаций опасности. На самом деле, одну из самых высокоэффективных в мире. Одни только космические технологии чего стоят. Что следует делать в первую очередь? Конечно же, прислушиваться к прогнозам и соблюдать особую осторожность, когда метеоусловия неблагоприятны. К сожалению, в характере нашего человека есть некоторая «ориентация на авось»: мол, ладно, прокатит, ничего не случится. К сожалению, именно из-за этого, как правило, проблемы и случаются.

На природе, в быту, на работе и в любых других обстоятельства задача любого человека – в первую очередь, соблюдать правила безопасности. Я действительно считаю, что корень проблем с пожарами и чрезвычайными ситуациямилежит в самом нашем обществе. Пока в культуре поведения не будет заложено, что нельзя игнорировать правила и предупреждения, нельзя надеяться на авось, чрезвычайные ситуации будут продолжаться.

В том числе, кстати, задача государства – заниматься информированием и обучением вопросамправильного, ответственного поведения. Как и задача граждан – обучаться самим и обучать своих детей безопасному поведению, которое позволит свести к минимуму риск чрезвычайной ситуации, в частности, пожара. В школах, вузах, на работе должно проходить подобное обучение. По телевидению, по радио, перед глазами у человека должны чаще появляться базовые правила безопасности. Кроме того, людям должны быть максимально доступны прогнозы, о которых я говорил ранее. Я очень рад тому, например, что сейчас в Госдуме РФ в третьем чтении принят законопроект, обязывающий операторов связи информировать всех своих абонентов о неблагоприятных метеоусловиях. Для электронных СМИ также является нормой оповещать граждан о «проблемных» погодных условиях.

Каждый гражданин должен, во-первых, знать, что такая проблема присутствует, и он сам может стать причиной чрезвычайной ситуации, нанести ущерб себе, своему имуществу, а также здоровью и имуществу других людей; и проникнуться важностью этой проблемы. Никакого «авось пронесёт»! А во-вторых, он должен уметь предотвращать возгорания и действовать правильно в той ситуации, когда оно случилось. Именно в этом, я считаю, заложен ключевой момент для снижения рисков возникновения таких чрезвычайных ситуаций.

 – Как Вы считаете, как сегодня можно решить проблему с современной молодёжью, которая пытается избежать службы в вооружённых силах и ничего не знает о понятии долга перед Родиной?

 – Наверное, во все времена приходилось слышать некое роптание на то, что молодёжь нынче «пошла какая-то не такая». Скажу так: ничего подобного, нормальная у нас молодёжь.

Знаете, что было для меня самым тяжёлым во времена службы в Афганистане? Не сами боевые действия, не тяготы и лишения. Самое тяжёлое – это когда ты стоишь на смотре готовности полка к боевым действиям, перед тобой стоят мальчики 18-20 лет, и ты точно знаешь, что кто-то из них будет ранен или убит. А они там показывали себя смелыми, порядочными, хорошими ребятами. Для них считалось величайшим позором, когда кого-то из них не брали на боевые.

Видел я нашу молодёжь и позже, в первой и второй чеченских кампаниях. Подавляющее большинство их – отважные, мужественные, прекрасные молодые мужчины. Когда они понимают, что Родина у нас одна, другой нет и не будет, и наш долг служить ей – у них меняется мышление, они становятся взрослыми.

И сейчас давайте посмотрим на статистику. Ведь на самом деле уклоняется от службы довольно небольшой процент призывников. Сейчас постепенно снова становится всё более престижным попасть в армию. Да и российские законы сейчас подталкивают к этому. Например, если ты хочешь сделать карьеру в госслужбе, то должен обязательно пройти службу в армии.

Считаю это очень правильным. Моё глубокое убеждение в том, что армия никогда не делала и не делает людей хуже. Юноши служат в мирное время. Да, и в мирное время бывают сложности, испытания. Но эти испытания, которые молодой человек проходит, раскрывают его характер, «вытаскивают» наружу его суть. Многое зависит от того, как юноша себя поставит, как наладит общение с коллективом – это то, что в любом случае пригодится после окончания службы в Вооруженных Силах.

И ещё раз повторюсь: в последние годы доля тех, кто пытается увильнуть от службы в армии, сокращается, и намного. Более того, в отдельных регионах не могут взять на воинскую службу всех желающих. Ведь сейчас более половины российской армии укомплектовано на контрактной основе, и потребность в срочниках уменьшается. Но зато создается система подготовки служащих запаса, что важно для нашей боеспособности и поможет вовлечь всех желающих в военную службу.

Также недавно в законодательстве появилось положение о том, что после окончания среднеспециальных учебных заведений (колледж, техникум) молодой человек обязан отслужить в армии – но если ему хочется делать военную карьеру, он может сразу, не проходя срочную службу, заключить контракт на 2-3 года и служить там, где ему нравится, и что близко к полученной им специальности. Для них это и престиж, и неплохое денежное довольствие, а для армии хорошо сказывается на уровне подготовки армейских специалистов.

Так что, мне кажется, говорить, будто нынешнее время в этом плане какое-то особое, не стоит. Всегда были в каких-то пропорциях те, кому армия нравилась, и те, кому она не нравилась. Но польза её несомненна.

 – Иван Михайлович, продолжая тему молодежи, кто и как, на Ваш взгляд, должен заниматься формированием у детей и подростков основных понятий в области безопасности жизнедеятельности?

 – В первую очередь, я ещё раз хочу подчеркнуть, что нельзя забывать о семье. Правила, заложенные в семье – основа всего. Если вы не донесёте до малыша правила обращения с электричеством, с огнём, с водой, вероятность того, что он попадёт в беду, увеличится.

Далее, безусловно, школа, а еще раньше – детский сад. Мы с вами ранее говорили об учебном предмете «ОБЖ». В школе ребята изучают основы безопасности жизнедеятельности с пятого класса. Но уже в старших группах детского сада, а потом и в школе с первого класса есть определённые правила безопасности жизнедеятельности, которые малыши познают в полу-игровой форме, в доступных простых понятиях.

После этого начинается предмет «ОБЖ», где до детей доносят уже более сложные правила, и есть классные руководители, специалисты по воспитательной работе, которые в рамках своей работы тоже просвещают ребят.

Может быть, я повторяюсь, но хочу завершить наш разговор вот каким тезисом. Во всех чрезвычайных ситуациях, на мой личный взгляд – проблема в человеке. В его поведении, уровне ответственности, уровне осведомленности, в самодисциплине. Пусть же будущие поколения в этом плане будут далеко впереди нас!

Беседовал Ярослав Вольпин